Академик Конторович: «Опираться на свои мозги, верить своим учёным» Иного выхода у России нет

21

Недавно в ТГУ состоялась научно-практическая конференция «Современные проблемы географии и геологии», посвященная 100-летию открытия естественного отделения в Томском государственном университете. На пленарном заседании с докладом «Нефтегазовый комплекс России: великое прошлое, современное состояние, парадигма на будущее» выступил академик Алексей Конторович, Институт нефтегазовой геологии и геофизики имени А.А. Трофимука СО РАН. Он дал небольшое интервью нашей газете.

 

Алексей Эмильевич, нередко от экономистов можно услышать, что «нефть проклятие России». Как вы относитесь к этому высказыванию?

– Отрицательно. Нужна гармонично развитая экономика, которая предусматривает, что есть энергоресурсы, есть то, из чего делают нужные вещи, есть продукты питания и так далее. И без энергетических ресурсов ничего сделать нельзя, думаю, что из школьного курса физики все помнят: чтобы что-то сделать, нужно затратить энергию. И потому энергоресурсы – совершенно необходимый элемент экономики!

Каждый автомобилист знает, что один автомобиль на 100 км использует мало бензина, другой – больше, с хорошим или плохим КПД. И государство, экономика – та же машина: если она организована плохо, то «сжирает» много энергоресурсов, если хорошо – то меньше, она энергоэффективная. Мы должны стремиться создавать энергоэффективную экономику.

Следующий момент. Энергоресурсы: нефть, газ, уголь, – можно закупать, а можно производить свои. Возьмём Соединённые Штаты Америки (у нас все любят ссылаться на эту страну). Так вот, США стремятся обеспечивать себя всеми сырьевыми энергоресурсами – и нефтью, и газом, и углём, а при необходимости покупают. Энергоресурсы – необходимый элемент экономики, и США добывают нефти и газа почти столько же, сколько и мы, а угля так и в три раза больше! И никто не говорит при этом, что экономика США сырьевая, потому что, добывая эти продукты, они создают такую часть валового внутреннего продукта, который гармонично сочетается со всем остальным.

А в нашей стране в 1990-е годы уничтожили все те отрасли экономики, которым нужны нефть, газ, уголь, и потому вынуждены продавать и нефть, и газ, и уголь. И те идеологи перестройки экономики, которые провоцировали разрушение экономики в 1990-е годы, и продолжают делать это блистательно и сейчас, и посадили Россию «на нефтяную иглу»! А если обратиться к данным статистики, то Россия потребляет на душу населения нефти в 3–4 раза меньше, чем США! Так кто сидит на нефтяной игле?! Мы или США? И утверждения о том, «нефть – проклятие России», «страна на нефтяной игле» – это просто-напросто оболванивание населения с помощью СМИ! Иначе и не назовешь.

То есть хлёсткое определение «на нефтяной игле» произнесено, а верно ли оно, никто не разбирается, все только повторяют. Похожий случай: в 1990-е годы Гайдар назвал сельское хозяйство «чёрной дырой», и это определение прижилось. А сейчас оказалось, что сельское хозяйство при некотором внимании со стороны государства — развивающаяся отрасль экономики.

– Гайдар был очень хорошим журналистом, и в советские годы я специально выписывал журнал «Коммунист», потому что там периодически публиковались толковые и умные его статьи. Потом тот же самый Гайдар начал делать совершенно противоположное, то у меня невольно возникает вопрос: «А когда он врёт?» Думаю, в обоих случаях он говорил не то, что думал… К сожалению, на изломе 1990-х годов таких людей оказалось немало: тот же Горбачёв, тот же Ельцин клялись в преданности коммунистической идее, а затем её предали, как и многое другое, как и свою страну, и свой народ. Такие люди всегда были, со времён библейских. Обычно таких людей народ не уважает, презирает. Так получилось, что все военные годы я провёл в Кузбассе, в Прокопьевске, оказался там в конце второго месяца войны (семья А.Э. Конторовича была эвакуирована из Харькова, будущему академику было 3 года — прим. редакции). И там к людям, предающим свою страну, к людям, болтающим неизвестно что, относились с огромным пренебрежением, очень плохо. И этого правила я придерживаюсь всю жизнь.

Алексей Эмильевич, поясните, пожалуйста, ситуацию со сланцевым газом: это открытие нового эффективного источника энергии или это «тупиковый путь»?

– Нельзя говорить, что это тупиковый путь, но и трудно сказать, что это открытие. Давно было известно, что в некоторых породах есть какое-то количество этого газа, но нужно было создать такую технологию, чтобы он стал рентабелен на рынке. До тех пор, пока американским инженерам не удалось создать современную технологию, его нельзя было добывать.

Или вот гидратный газ: его обнаружили как природное явление наши советские геологи, в том числе Андрей Алексеевич Трофимук и Николай Васильевич Черский. И хотя гидратного газа – море, но добывать его очень дорого, и по сравнению с тем газом, который добываем сейчас из ныне действующих месторождений, цена его несопоставимая. Однако это в России. Но в такой стране, как Япония, не обладающей собственными минеральными ресурсами, и для обеспечения национальной безопасности можно добывать и гидратный газ. Всё зависит от конкретной ситуации. А в России я бы создал одну-две научные лаборатории, которым бы поручил заниматься гидратным газом, вот и все – на всякий случай, на будущее. Но это не предмет наших интересов сегодня.

Впрочем, есть ещё один вопрос: огромная часть неглубоких океанических шельфов покрыта гидратным газом. Но если слой разрушить, как поведёт природа и экология – не знаю… Нужно действовать очень осторожно.

Не могу не задать вопроса о судьбе Российской академии наук, о разрушительной реформе РАН, начавшейся в 2013 году. Многие здравомыслящие люди понимают, что без науки Россия превратится в страну 3-го мира. Поэтому традиционный вопрос: что делать?

– Считаю, что в стране нет иного выхода, как опираться на свои мозги, верить своим учёным. Нужно создать условия, чтобы таланты могли работать, а талантов у нас хватает. Это сказки, что там, на Западе, эффективно работают, а у нас нет… В 1990-е годы, когда наша страна открылась, и появилась возможности ездить им к нам и нам – к ним, у нас в Академгородке появились иностранцы-геологи. И американские и английские геологи пытались нас учить, как работать. Я обычно задавал им несколько вопросов: «Скажите, сколько крупных нефтяных и газоносных районов вы все вместе открыли в XX веке?» – «Ноль», – звучало в ответ.

Я приводил впечатляющие цифры, сколько нефтяных и газоносных районов открыли российские геологи.

«А сколько гигантских месторождений, таких, как Западная Сибирь, открыли в ХХ веке?»

И вновь в ответ звучало: «Ноль».

«Так чему же вы можете нас научить? – спрашивал я иностранных коллег. – Это мы можем рассказать, как наши геологи открыли самую древнюю нефть на планете, как открыли такие гиганты, как Западная Сибирь.

Надо, чтобы правительство страны доверяло своим учёным! С лёгкой руки Гайдара и его последователей разучились доверять. Получается, что легче купить западного консультанта, который ни Россию не знает, ни наукой не владеет, чем платить своему учёному. Вот вся правда…

Интервью: Тамара ДРОЗДОВА.